27 Сентября 2020, 06:20
  • Патриотизм –
    это деятельная любовь к Родине
  • Справедливость для всех –
    счастье для каждого
  • Патриотизм выше политики
  • России нужен Национальный прорыв
  • В центре внимания государства
    должен быть человек
В России работает
80
региональных отделений
Партию представляют более
600
депутатов разных уровней

Хочется спросить у «Единой России»: кто напринимал такие законы, которые разрушают село?


Олег Аксенов, депутат Смоленской районной Думы, председатель Смоленского регионального отделения партии «ПАТРИОТЫ РОССИИ», президент группы компаний «Олакс»

Олег Аксенов дал интервью газете «Смоленские новости».

На въезде в поселок Авторемзавод в Катыни у офиса компании «Олакс» установлена литая фигура быка, символизирующая одно из направлений деятельности компании — сельскохозяйственное производство. Однако в ней заложен и более глубокий смысл. По убеждению Олега Александровича Аксенова, президента группы компаний «Олакс», именно бык олицетворяет мощь и гордость нашей земли, нашего народа, его готовность не только идти вперед, сокрушая преграды, но и делиться своей доброй силой, а также трудолюбие и самоотверженность, которые и составляют истинную основу русского характера.

И совсем не случайно это домашнее животное стало символом Смоленского регионального отделения партии «ПАТРИОТЫ РОССИИ», председателем которого является Олег Аксенов. Сегодня страницах газеты он размышляет о том, какова сегодня реальная ситуация в сельском хозяйстве.

- Послушал я выступления Д.А. Медведева и других «единороссов» на февральском съезде, где практически был дан старт предвыборной кампании партии власти. Было немало громких слов о том, как партия занимается дорогами, школами, детскими садами, работает с молодежью. Были определены приоритеты в работе – социальная сфера, сельское хозяйство, ЖКХ, автомобилестроение и т.п. Однако я не могу отделаться от ощущения, что за всеми этими красивыми словами стоит основной приоритет – победа на выборах, желание остаться «у кормушки».

Я бы мог возразить им по многим пунктам, но особо хочу остановиться на проблемах села и сельхозтоваропроизводителей.

Прежде всего, это проблема населения. Ведь перспективы любого населенного пункта – это молодежь. А посмотрите на районные центры в Смоленской области — примерно 2/3 из них буквально вымирают! Вдумайтесь в статистику — количество детей за последние 15-20 лет уменьшилось в несколько раз, и никакие усилия по улучшению демографии, никакие материнские капиталы тут не помогут. По сути, эти города становятся городами пенсионеров, и прежде всего потому, что эффективные некогда производства разорились, новых не появляется, работы просто-напросто нет. Молодежь в райцентрах или деградирует, или уезжает в поисках лучшей доли.

В последние годы еще новая беда на село — оптимизация расходов в здравоохранении: закрываются больницы-стационары, ФАПы, а зачастую там просто некому работать - не хватает ни врачей, ни среднего медперсонала. Да еще и Сбербанк закрывает свои отделения в сельских населенных пунктах, и пенсионеры вынуждены стоять в очереди в жару или на морозе около передвижной сберкассы.

А какая перспектива в сельских населенных пунктах, где в школе учителей больше, чем учеников, и где эти ученики не могут получать всестороннего полноценного развития? Тут возможны разные варианты решений. Например, возить детей в базовые школы или строить интернаты в райцентрах, где есть музыкальные школы, школы искусств, спортивные секции. Но ведь по большому счету это тоже не решает проблему кардинально, поскольку многие из этих выросших детей постараются не возвращаться в свою деревню, а искать работу в городе. А если в селах не будет молодых семей, то и детей там скоро совсем не останется.

Вот у нас в области вроде бы тоже действует программа помощи в обеспечении жильем молодых семей. Замечательная программа, если не считать того, что одним из условий в ней заявлен определенный доход на каждого члена семьи. А если в сельском населенном пункте нет работы, какой может быть доход?

А выход я вижу в том, чтобы в первую очередь развивать в таких населенных пунктах сельское хозяйство. Ведь сколько у нас пустующих, необрабатываемых земель! И люди, которые еще не разучились работать на земле, есть. Почему бы при каждом районном центре не создать сельхозпроизводства в виде МУПов с последующей передачей контрольного пакета руководству при условии достижения определенных экономических результатов?

Вот это и будет реальная программа импортозамещения, тем более что продовольствие всегда востребовано. Я уверен, что именно сельское хозяйство способно стать той сферой, благодаря которой наша страна может быть действительно уважаемой и обретет истинную силу и экономическую независимость. Ведь ни одно другое государство в мире не имеет таких земельных ресурсов, это действительно наше богатство, но надо им разумно распоряжаться.

Например, у нас на Смоленщине при грамотном подходе мясо-молочное животноводство может стать не просто рентабельным, а весьма прибыльным. При этом одно рабочее место на селе дает до 14 рабочих мест в промышленности и торговле: производство техники, перерабатывающие предприятия, магазины и т.п. А значит, поднимется благосостояние народа, будет снята угроза массовой безработицы, о которой уже говорят эксперты.

Однако в сельском хозяйстве, как и в других сферах, не хватает грамотного руководства, продуманного распределения средств, разумной помощи хозяйствам.

- Но вот совсем недавно было озвучено, что в 2016 году наша область получит федеральную субсидию для развития сельского хозяйства в общей сложности порядка 43 миллионов рублей, в том числе и на поддержку молочного скотоводства. Это же реальные деньги, которые могут помочь хозяйствам?

- Деньги-то, может, и реальные, хотя и не скажу, что очень большие, а вот их использование, как правило, не всегда разумное. Их могут «размазать» по всем сельхозпредприятиям, а могут дать кому-то одному, и, к сожалению, не факт, что самому эффективному, который действительно использует их для развития.

Еще одна проблема, когда решение, какое предприятие включить в инвестпроект, принимает Москва. Это мы уже проходили. За последние 15 лет только через «Россельхозбанк» в Смоленской области пропало около 20 миллиардов рублей – на эти деньги можно было бы построить примерно 40 животноводческих комплексов с поголовьем дойного стада 1000 коров в каждом. Эти деньги, мягко говоря, были

неэффективно использованы, а большая часть – и откровенно разворована. Уж что-что, а осваивать деньги (читай — воровать) в России научились виртуозно. А ведь совсем несложно на этапе выдачи кредита определить – с помощью того же департамента сельского хозяйства, ведь все это видно, – кому можно давать кредит, кто будет на эти деньги работать, а кто их просто «освоит».

А реальный сельхозпроизводитель, тот же фермер, например, чтобы получить кредит, должен месяцами заниматься оформлением, не будучи уверенным, что он его получит.

Нам крайне необходимы грамотная кредитная политика, целенаправленная поддержка перспективных предприятий, в том числе и по снижению затратной части производства, а не разовые акции. Один комбайн, купленный с помощью субсидии, положение не спасет, если за все остальное ты будешь платить чудовищные проценты, а продукция, проданная по крайне низким закупочным ценам, и части затрат не покроет.

- Хорошо известно, что достаточно острая проблема для сельхозпроизводителей – это сбыт продукции.

- Это действительно - больной вопрос, и если крупные сельхозпредприятия еще как-то выходят из положения (мы, например, в своей «Агрофирме-Катынь» открыли собственное молокоперерабатывающее производство), то частным производителям совсем трудно приходится. Ведь деревня всегда жила, можно сказать, натуральным хозяйством — селяне везли на базар поросенка, бычка, гусей и другую живность, чтобы за счет ее продажи сделать значимые покупки промышленных товаров, в том числе и чтобы отправить детей в школу. Но вот сегодня ввели закон: вся живность — от курицы до бычка — должна проходить через убойные цеха, причем для каждого вида свой. А таких цехов иногда один на весь район, да и то рассчитаны они только на крупное животноводство. Получается, что рынок для крестьян закрыт.

- В одном из интервью пару лет назад вы сказали, что сельхозпроизводители буквально выживают из последних сил. Неужели ничего не меняется в лучшую сторону?

- Я бы сказал, только ухудшается. Наша федеральная власть обложила всех, в том числе и колхозников, без преувеличения, тупыми законами. Вот, скажите, зачем фермеру устанавливать на автомобили тахографы, если эти автомобили работают исключительно в пределах района? Так, наша «Агрофирма-Катынь» уже потратила более 200 тысяч рублей за установку приборов на автомобили МАЗ, теперь столько же нужно на автомобили ГАЗ, чтобы возить навоз. Я могу понять это нововведение для дальних перевозок, а на сельских дорогах в чем его смысл?

С этого года новое правило: чтобы отправить автомобиль за удобрением в Дорогобуж, необходимо обучить водителя на перевозку опасных грузов – стоимость обучения 9 тысяч на каждого водителя. Еще одно финансовое бремя на хозяйства? Зачем?

На дороге постоянные поборы транспортной инспекции. Большие негабаритные трактора автоинспекция останавливает даже на территории хозяйства, не говоря уже о том, что нам, например, приходится перегонять технику за 8 км до Архиповки, чтобы пахать, сеять, убирать урожай. Несколько лет назад я был в Америке и когда спросил у американского фермера, как он получает разрешение на проезд большого негабаритного трактора, который я видел перед этим, по магистрали, он даже не мог понять вопроса и ответил, что «дорога для всех».

Еще один красноречивый факт. Электроэнергия до кризиса для американского фермера стоила в 2 с лишним раза дешевле, чем у нас. А с нас, для того чтобы увеличить мощность энергопринимающих устройств для расширения переработки молока, «МРСК Центра» за технологическое присоединение требует более двух миллионов рублей. Это не говоря о цене самой электроэнергии, которая постоянно растет.

Возьмем наших соседей-белорусов. Мы с несколькими коллегами были пару лет назад у них в гостях и многому удивились. Когда нам сказали, что самое рентабельное у них – производство молока, я, признаюсь, сразу не поверил, особенно когда узнал, что они и сдают-то его по более низким, чем у нас, ценам. Оказалось – правда. Ведь почти 60% стоимости сельскохозяйственной продукции составляют ГСМ, затраты на энергоносители, удобрения и ядохимикаты. Так вот у них все это дешевле! У них никаких субсидий не платят, но с такими составляющими затратами они им не нужны!

Наши же сельхозтоваропроизводители выживают, в прямом смысле слова, вопреки. И я с горечью думаю, что осталось недолго. Закончатся силы у старых руководителей и фермеров, развалятся старые фермы (а новые не строятся) и обрушатся еще живые пока хозяйства.

И очень хочется спросить у «Единой России»: кто напринимал такие законы, которые фактически разрушают село? Вас в Госдуме большинство – неужели не нашлось профессионального хозяйственника, экономиста, который бы подсказал, что на самом деле нужно, чтобы не на словах, а на практике поднять сельское хозяйство?

Когда видишь в реальности, что происходит нынче на селе, в красивые слова отчетов с высоких трибун совсем не верится!

«Смоленские новости», 16 марта 2016 года